Форумы Арктогеи (philosophy): ЛИТЕРАТУРА И ПОЭЗИЯ В ОПТИКЕ САКРАЛЬНОГО: Стихотворение угандийского поэта Окота п'Битека

14683: By Андрей Чернов (Ache) on Вторник, Апрель 09, 2002 - 03:00:

Песня Лавино Муж прочитал немало книжек обо всем, что пишут у белых, стал умен, как белые люди. Эти книги его сгубили, от народа он оторвался, стал как дерево - неживое, потерявшее свои корни. И ему отныне противно все, что принято у ачоли. Говорит: обычаи черных - чернота и тьма. Неужели у него с глазами так плохо? Ходит в черных очках, а в доме все черно, как ночами в чаще... В доме - лес, и непроходимый. Только вместо деревьев - книги. Среди них - и очень большие, каждая как дерево тидо. Есть и старые - сильно пахнут, и кора почти отвалилась. Есть и мягкие, тонкие книжки. Есть и твердые, в переплетах как из дерева пой - железных. Есть в обложках разного цвета - есть в зеленых, в кроваво-красных, черных, засаленных, блестящих, словно кожа змеи ороро, что свернулась в клубок на ветке, выбирает кого ужалить, Есть и с картинками: мертвые лица колдунов - и мужчин, и женщин. Толстые небритые лица или тощие и сухие - все озлоблены и надуты, мертвецы, ничего живого. На столе у мужа - бумаги. Жуткий ворох - словно лианы, перепутанные, густые, или ветки деревьев китуба, тех, что душат лесную поросль. Книги перемешаны кучей, словно веточки и дощечки в нашей изгороди гогго, перепутаны, будто ноги исполняющих танец орак или как сплетенья лианы в непролазных зарослях... В доме лес из книжек: угрюмо, непроглядно темно и сыро. Душный пар, густой, ядовитый поднимается с пола, смешан с влажной пылью росы и ливня. Долго здесь дышать невозможно. Обоняние потеряешь, ощутить не сможешь, как прежде, свежий дух кунжутного масла, аромат и вкус малакванга. (1969)

14747: By Теллурократ (Dkt) on Воскресенье, Апрель 14, 2002 - 01:09:

АФРИКА Я красив и силён, улыбаюсь богам я, Овивает мой лоб голубая тесьма. Я – художник, владеющий камнем по камню Первородным искуством любого письма. Люб мой выше, чем лбы сплеменников-братьев И в глазах моих сказан змеиный узор, На охоте умею оленя догнать я, Убивает быка мой летящий топор. В моём остром копье – капля синего яда, Но его про запас на плече я несу. Мой отец быо вождём, говорили, когда-то Останавливал взглядом добычу в лесу. Знаю, дело волхвов – заклинание духов, Но волхвы предо мной опускают глаза. Мне знакомы русалки с прибрежного луга, Я ласкаю дриад в незнакомых лесах… Новый вождь мне сказал: «Тьма над нами нависла. Скоро жизни не будет и в диких лесах. Надо всем уходить. Оставаться нет смысла. Сохрани нашу память на твёрдых стенах!» Он слабее меня. И в бою неумел он. Но он племя ведёт и предвидеть привык. Я художник по камню. Я пробую делом Веры дар сохранить, зная тайный язык. Силуэты зверей, знаки нашего рода, И спирали движенья, и формулы мер Высек я на граните, и закончил работу, Когда слышен рёв танков был у дальних пещер. Я последним ушёл, плечи шкурой укутав, Племя я догонял две Луны под дождём, И когда наступило наше общее утро, Я был назван старейшиной новым вождём. Я красив и силён. Ублажаю богов я Не обрядом пустым, а заклятьем письма. И лежит в колчане под моим изголовьем Привезённая мной голубая тесьма: Шесть сезонов дождей в дальних северных странах Я прожил, обучаясь наукам пустым; Среди бледных людей, суетливых и странных, В высотных домах, где за окнами дым. Напряженье и шум их укниверситетов, Жажда слабых лжецов счастья сильных достичь… Я не чувствовал вкуса, не видел без света, Разучился преследовать быструю дичь. Нет, я сам добываю себе свою пищу! На собранье жрецов в белых бусах придя, Перед племенем всем, у святого кострища Отрекаюсь от гордого званья вождя. 1988.

16938: By внук БОБА on Пятница, Февраль 14, 2003 - 17:30:

Браво! Благословенные сыны Земли Обетованной достойны Царства Божия. Где Жратва. Буду просить об этом Их Преподобие - Внука Божыя - Бобу Исусовича Рабиновича. В РиЖ! За РиЖ!