Форумы Арктогеи (philosophy): ТРАДИЦИЯ МЕТАФИЗИКА ИНИЦИАЦИЯ: История Масаки Идзаюци

14827: By Жареная кустурица on Вторник, Апрель 23, 2002 - 19:46:

Вот история с сайта proza.ru и ещё кое-откуда. Намедни здесь шёл разговор о чём-то подобном. Приятного чтения. ___________________________________________ Эта история не имеет смысла без замечания о том, что она не переведена с языка Масаки Идзаюци на язык старца Трифона, а фактически рассказана заново, ибо ни одно из основных понятий, на которых выстроен текст оригинала, не имеет эквивалентов даже в брянском лексиконе. Трудность изложения истории заключалась в том, что рассказчик должен был досконально знать контекст, то есть, способ формирования реальности сознанием жителей обеих планет и, соответственно, реалии, а главным образом, степень соотнесённости их друг с другом. Естественно, если в тексте сказано, что Масаки-сан выходил из сортира, то, во-первых, его звали вовсе не Масаки-сан, но так же уважительно; во-вторых, это был не сортир в земном понимании и даже вовсе не сортир, а то место, откуда в земных условиях мог выйти (наиболее адекватный ситуации глагол движения), человек по имени Масаки-сан, чтобы далее удариться затылком об мокрую глину. Я долго занимался сравнительным психолингвистическим анализом, прежде чем выяснил, откуда должен выйти Масаки-сан и что должно произойти далее, чтобы земной слушатель воспринял этот фрагмент текста и отреагировал на него так же, как соплеменники того, кто назван здесь именем Масаки-сан. Оказалось, что наиболее схожие конструктивные изменения в сознании жителей двух планет – что и является целью коммуникации – возникают в случае, если в земном варианте герой выходит из сортира и падает, поскользнувшись на мокрой глине. Данный принцип распространяется на весь текст. С уважением, Игнатий Калиюгин Сначала на планете кончилась нефть. Для оптимистов, веривших в силу разума, прогресс и светлое будущее, это был страшный удар. Весь транспорт разом превратился в груду железа. Махнув рукой на самолёты, автомобили перевели на пропан, электрическую тягу, а затем на водородную смесь. Вскоре кончился природный газ, затем наступила очередь ядерного топлива, а за ним исчерпали свои запасы месторождения железа, меди и цинка. Не из чего стало делать аккумуляторы, некуда стало закачивать какое бы то ни было горючее. Поскольку и химия полимеров и металлообрабатывающая промышленность прекратили своё существование, основными хозяйственными материалами вновь стали древесина (в ограниченном количестве и ненадолго), глина и камень. Диспуты о том, кто первым будет переселяться на другие планеты: самые богатые, самые умные, женщины с детьми или вообще все без разбору, а также следует ли брать с собой наркоманов с алкоголиками и что делать с приговорёнными к пожизненному заключению - постепенно сошли на нет. Планета приближалась к своему концу в образе песчаной пустыни, и если бы не верблюды, население её давно вымерло бы. Масаки-сан был единственным, кто продолжал верить: когда что-либо кончается, непременно находится или изобретается что-нибудь взамен. Поэтому Масаки-сан придумал новый источник энергии, который позволил бы даром переселить всё живое, включая верблюдов, на другие планеты. Со своим проектом он явился к бывшему министру авиакосмической промышленности С десятого раза запалив трут и прикурив, бывший министр заявил Масаки-сану: можете сами заряжать себя этой энергией через задницу и летать, куда угодно. Услышав эти слова, Масаки-сан разгневался и обратился к бывшим олигархам, банкирам и менеджерам со словами: «Кому и за что вы столько лет платили деньги?!» Всем остальным Масаки-сан сказал: «Ничто более не препятствует наступлению золотого века духовности». Подобно Гурджиеву, Масаки-сан стал лепить и обжигать горшки, тачать обувь, шить одежду из верблюжьих шкур, откапывать и украшать чеканкой старинные медные тазы – словом, стяжать умения и жизненный опыт. Накопив достаточно умений и жизненного опыта, Масаки-сан, подобно Джонатану Ливингстону, постарался понять, что он уже там, где стремится быть. Затем Масаки-сан, подобно донам Хуану и Хенаро, попытался сдвинуть точку сборки. Наконец, подобно Станиславу Грофу, Масаки-сан применил холотропное дыхание. Он постился, вегетарианствовал, читал молитвы и бил поклоны; обращался к айкидо, цигуну и тайчи; часами сидел в лотосе, произнося мантры. В отчаянии он прибег к ЛСД, псилоцибидам и мескалину. Каждый раз, когда Масаки-сан разминал затёкшую спину и осторожно открывал зажмуренные глаза, он неизменно видел всё ту же пустыню, которую огромными прыжками пересекали в разных направлениях тушканчики, - и неопрятные ширинки соплеменников, нетерпеливо склонившихся над ним в ожидании пророчества. Его тошнило. «Кому и за что вы платили деньги?!» - вновь возвысил голос Масаки-сан, - «За что, я вас спрашиваю?!» - так сказал он банкирам, олигархам и менеджерам, растерянно облепившим старую верблюдицу. Олигархи безмолствовали. Однажды у Масаки-сана получилось. Выходя из деревянного сортира, он поскользнулся на мокрой от дождя глине, не успел сгруппироваться и с размаху ударился затылком о землю. На мгновение ему показалось, что это уже было: он уже бегал по дождю в сортир и, выйдя оттуда, упал и ударился затылком. Масаки-сан не успел вспомнить, казалось ли ему и тогда, что это уже было. Поднявшись на ноги, он вновь увидел себя в пустыне. Но эта пустыня чем-то неуловимо отличалась от той, к которой он привык. Наконец, он понял: не было ни верблюдов, ни тушканчиков, ни нетерпеливых соплеменников. Напротив Масаки сидел на камне седобородый инок и перебирая чётки, шептал молитву. Увидев, что Масаки открыл глаза, инок воздел к небу перст и изрёк: «Всякому предопределил Господь судьбу его: кому добро сеять, кому зло чинить. И всякому же назначил воздаяние. За что будет судить Агнец, одесную Отца восседая, то уже речено Господом, в скрижали книги Судеб воплотившись. Добро пожаловать на Землю, Масаки-сан». Инока звали Трифон. Трифон стал обучать Масаки мудрости, а Масаки стал обучать Трифона айкидо. Чай каждый заваривал по-своему. Как-то Трифон, выходя из сортира, где предавался созерцанию, поскользнулся, но вовремя успел сгруппироваться. Если бы он этого не сделал, возможно, он увидел бы себя на песчаной планете, образ которой прежде был дан в ощущениях Масаки Идзаюци.

14830: By Андрей Чернов (Ache) on Вторник, Апрель 23, 2002 - 23:56:

Визионер Toshio Maeda! Нацист барон Мюнхаузен с помощью чёрной магии и Машины Изнасилования стремится завладеть всем миром! Urotsukidoji.