Форумы Арктогеи (Geopolitik): Полярный Израиль : СЕДЬМОЙ ДЕНЬ РАБИНА Авигдор Эскин

18561: By al on Понедельник, Ноябрь 04, 2002 - 20:09:

СЕДЬМОЙ ДЕНЬ РАБИНА Авигдор Эскин День памяти Рабина отмечается в Израиле два раза в году: первое чествование в соответствии с лунным еврейским календарем, а второе – 4 ноября. Как и прежде газеты пестрят в эти дни статьями публицистов и профессоров от либеральной гвардии, в которых звучат призывы извлечь урок из произошедшего и проявить демократическую бдительность. Известнейший юридический эксперт Моше Негби озаглавил свою статью в газете «Хаарец» броским вызовом: «Убийцы еще на свободе». Он жалуется на то, что группа раввинов, объявивших по закону Торы землепродавца преступником, деятельность которого дозволено пресекать любыми методами, находится доселе на свободе. Действительно, застреливший Рабина Игаль Амир сказал на следствии следующее: «Если бы не религиозные постановления некоторых раввинов, я не решился бы на такой поступок. Я не стал бы действовать, не будь у меня поддержки». Игаль Амир отказался сообщить следствию имена тех духовных авторитетов, которые дали ему загодя моральное оправдание покушению на Рабина. Но вхожие в круги современных знатоков Торы хорошо знают о бытующих там воззрениях. Трудно было не обратить внимание на то, что ни один из крупных духовных авторитетов Израиля не осудил Игаля Амира после совершения им смертоносного покушения. Моше Негби пишет о принятом в некоторых раввинских кругах мнении, что на Рабина распространялся «закон преследователя». Такое постановление логически вытекало из слов некоторых знатоков Торы, хоть оно никогда не объявлялось публично. Суть состоит в исключении из правила, запрещающего в наши дни применять смертную казнь в наказание за преступление. При отсутствии синедриона раввинский закон не дозволяет применение смертной казни в наказание за совершенное злодеяние. Однако, существует «закон преследователя», имеющий превентивный характер. Если видит человек, как преступник с ножем в руке бежит за жертвой, то он обязан спасти ближнего любой ценой. То есть, предпочтительнее сбить злодея с ног, но если это невозможно, то допускается и выстрел на поражение. Превентивное действие не требует решения суда, исходя из религиозной этики. К категории «преследователей» относятся и предатели, отдающие в руки врага евреев или их имущество. Отсюда и был сделан вывод, что передающий врагу еврейские земли и снабжающий его смертоносным оружием должен быть остановлен любым путем. В обсуждаемом случае речь шла не об одноразовом действии, а о продолжительной линии поведения. Однако, Моше Негби упрощает ситуацию, возлагает вину на конкретных знатоков Торы нашего поколения. Все вышесказанное пишется в Талмуде и в принятом всем народом Израиля своде законов Маймонида. Его прямое понимание неизбежно ведет к выводу, что действия Рабина попадали под категорию «преследователя» в соответствии с иудейской этикой. Разумеется, можно возразить, что речь шла о благонамеренных действиях избранного премьера ради достижения мира. Однако, видевшие в председателе ООП Арафате врага просто не могли дать иной оценки действиям Рабина, исходя из еврейской традиции. Моше Негби также неправ и с чисто юридической точки зрения. Любой следующий неуклонно духу и букве закона Торы раввин мог бы усмотреть в действии Рабина «преследователя», но это далеко еще было до прямого указа Игалю Амиру идти и действовать. Можно предположить, что если бы он задал прямой вопрос идти ему на покушение или нет, то получил бы уклончивый ответ. В силу особых обстоятельств можно с уверенностью сказать, что из людей, видевших в действиях Рабина элементы «преследователя», едва ли кто решился бы прямо направить человека на действия. С точки зрения существующего светского закона речь шла не о прямом поощрении, а только о косвенном и неосознанном. Разумеется, покушение на жизнь избранного демократически премьер-министра представляет собой тягчайшее преступление с точки зрения современной либеральной морали. Но вопрос весь состоит в том, имеет ли право религиозный законодатель руководствоваться принципами, чуждыми законам Торы, при рассмотрении этических проблем. Он не может не учитывать преобладающих настроений, но не идет ли он наперекор своему долгу, подчиняя законы Торы светской демократической морали? Кроме того, ежегодное раздувание темы «раввинов-подстрекателей» выглядит хило, когда мы сравниваем степень терпимости израильского общества с известными премьерами любой другой из «цивилизованных западных стран». Во Франции было совершено четыре покушения на жизнь президента Деголя, когда тот осуществлял политику отступления из заморского Алжира. Рабин ведь не заморскими колониями торговал, а по живому резал. А в США был убит президент Кеннеди, и президента Рейгана тяжело ранили при покушении. Израиль же выделяется своей терпимостью в сравнении с другими странами. Его граждане, а поселенцы Иудеи, Самарии и Газы особенно, должны были бы получить по медали за непротивление террору от либералов всего мира. Однако, терпимость наша не в цене. И неудивительно, что «Амнести Интернэшнл» обвиняет в эти дни армию Израиля в преступлениях против человечества. Чего ждать от них, когда борзописцы собственного посола смешивают с грязью поселенцев и их раввинов вопреки их олимпийской долготерпимости. Имя Рабина остается кровоточащей раной для Израиля. Согласно официальному опросу от 10% до 15% израильтян солидарны с Игалем Амиром. Однако, по истечении семи лет можно констатировать, что это событие остается исключением из правил. Оно не повлекло за собой роста зелотства среди правых. Похоже, никто и не помышляет повторить содеянное Игалем Амиром. Один вопрос остается неразрешенным. Мы видим на данном примере, как полярно расходятся традиционная этика иудаизма с либеральной моралью. Невзирая на усиленные модернистские тенденции в стране, добрая четверть населения Израиля продолжает отдавать предпочтение многовековой этике Торы, отвергая примат современного либерализма. Наши демократы успешно затыкают рты религиозным диссидентам, когда речь заходит об актуальных вопросах. Они говорят, что так демократия защищается. Опыт же показывает, что подобные запреты на свободную дискуссию приводят к усилению разброда в обществе. Если запас терпимости поиссякнет, то винить в этом следует не «раввинов-подстрекателей», а либеральных опричников, подавляющих сегодня любое недемократическое инакомыслие. 04.11.2002г