Форумы Арктогеи (Geopolitik): ГЕОПОЛИТИКА И ПОЛИТОЛОГИЯ (архив): Евразийство: теоретические основы и персоналии (архив тем): Адмирал Мэхэн: геополитика «морской силы»

2843: By Николай фон Крейтор on Среда, Декабрь 13, 2000 - 10:11:

АДМИРАЛ MЭХЭН: ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ ДОКТРИНА «МОРСКОЙ СИЛЫ» Николай фон Крейтор В США в конце XIX – начале XX века начинает складываться идеология, oбосновывающая стремление к колониальным завоеваниям, к территориальной экспансии и агрессии вообще. Чрезвычайно характерным, и полностью соответствующим интересам финансовой олигархии и империалистов Вашингтона элементом такой идеологии явилось в то время учение адмирала Мэхэна о «морской силе». Геополитическая доктрина «морской силы» оказала не только сильное влияние на последующих американо-английских геополитиков, но и превратилась в идеологический стержень американской геополитики. Доктрина «морской силы» была, в основных чертах, изложена Мэхэном в его книге «Влияние морской мощи на историю в 1660-1783 годах»(1), впервые изданной в Бостоне в 1890 г. Исторический материал, касающийся действий британских и французских флотов в давно прошедшие времена, понадобился Мэхэну как база для его империалистических теорий, направленных в будущее.Империалист до мозга костей, Мэхэн пытался обосновать тезис, будто «морская мощь», т.е. способность империалистической державы вести наступательную, агрессивную войну на море, яляется определяющим национальные судьбы фактором. Мэхэн был первым геополитиком, который анализировал противоборство морских и континентальных держав в истории и в своих работах сформулировал концепцию примата морских сил над континентальными, моря над землей. «Морская сила», утверждал Мэхэн, необходима Соединенным Штатам для того, чтобы цивилизовать окружающий мир»(2) Стать ведущей морской силой предопределено национальной судьбой Соединенных Штатов. Понятия «национальная судьба», «географическое предопрелеление и тяготение», смыкались, с доктриной «Предопределенной судьбы», отождествляющей американский империализм с волей Бога, а захватнические войны, проводимые США, с утверждением воли Бога, с выполнением Божественного Провидения. Так например, американский адмирал Белкнеп писал в 1893 г., что настало время для выполнения «предопределения природы и судьбы»— для окончательной оккупации Гавайских островов Соединенными Штатами. После захвата Гавайских островов президент Маккинлей заявил:«Свершилась воля Бога.» Как замечает Андерс Стефансон, Мэхэн заложил доктринарный фундамент божественной и геополитической предопределенности американского морского могущества.(3) В русле идей Тэрнера и Адамса предопределенную судьбу США он видел в мировой экспансии , инструментом котой являлся бы морской флот. Цель теории и доктрины «морской силы» заключалась в том, чтобы обосновать необходимость для США политики усиленных военно-морских вооружений, захвата военно-морских баз и колоний, расширения радиуса наступательных действий военно морских сил США. В связи с тем Мэхэн проповедовал, что «морская мощь» явится для США инструментом политики, служащей увеличению силы и престижа нации. Особое значение в деле усиления «морской силы» Мэхэн придавал деятельности правительства, главной задачей которого, по мнению Мэхэна, является настойчивая борьба за установление колониального, торгового и военно-морского превосходства своей страны над другими странами мира. Адмирал Мэхэн во многих отношениях явился идейным предшедственником позднейших американо-английских расистов и геополитиков. Мэхэн в многочисленных статьях и выступлениях в период 1890-1914 пропагандировал конкретную программу внешнеполитической экспансии и милитаризации США. Политико-стратегическая программа Мэхэна сводилась к следующим трем пунктам: 1. Внешне-экономическая экспансия США: всемирное расширение «заморской» торговли, вывоз капитала, захват внешних рынков. 2. Внешне-политическая экспансия США: активная колониальная политика, захват еще не поделенных территорий и военная борьба за передел мира в пользу США в бассейне Тихого океана и в Латинской Америке. 3. Военно-стратегические мероприятия по закреплению завоеванных колоний и сфер влияния и подготовке к дальнейшей борьбе за мировое господство. Проповедник политики эксплуатации колониальных народов, Мэхэн писал, что захватывая колонии, военно-морская держава завоевывает плацдарм на чужой земле, новые источники сырья, рынок для сбыта лишних товаров, новую сферу для своего судоходства и возможность получения огромных прибылей. Эти высказывания трубадура американского империализма,оказавшего огромное влияние на президентов Теодора Рузвельта и Вудро Вильсона, совпадали с рассуждениями английского империалиста-колонизатора Сесиля Родса. Изходя из расистских установок доктрины «Предопределенной судьбы»,Мэхэн утверждал, что право на владение пространством расово обосновано.Народы, которые неполноценны в расовом отношении, у которых нет политических и экомических традиций, права на владение пространством не имеют. Англосаксонцы, с другой стороны, политически и экономически- самая развитая раса. Из-за этого англосаксонцы имеют приоритет на любое пространство. «Все еще большая часть мира принадлежит дикарям или же государствам, которые в экономическом или политическом отношениях недоразвиты и из-за этого не в состоянии использовать полный потенциал территорий, которыми они владеют. С другой стороны у высоко-цивилизованных государств накопляются излишки энергии. Эта энергия в очень близком будущем должна быть направлена на завоевание новых пространств»(4), подчеркивал Мэхен в 1895 году. Мэхэн призывал к развертыванию строительства военно-морского флота США, считая, что Соединенным Штатам необходимо иметь наступательный флот.В соответствие со своей «стратегией концентрации военно-морских сил», Мэхэн требовал прорытия Панамского канала, который нужен был американским империалистам главным образом для того, чтобы облегчить использование их военно-морского флота для политического и военного давления на латино-американские страны, в то время- важнейший объект экспансии США. Кроме того, Мэхэн рьяно проповедовал захват и сооружение «путевых» баз с целью расширения сферы господства американского военного флота и охраны американских колониальных владений и торговых коммуникаций. Мэхэн писал, что нужды торговли и территориальные приобретения США вызывают необходимость в «путевых» базах типа Гибралтара, Мальты и т.п. В действительности эти базы имели главным образом военно-стратегическое значение, служа опорными пунктами для империалистической политики агрессии.Для создания морских баз Мэхэн еще в середине 90-х годов усиленно рекомендовал аннексировать Гавайские острова, острова Самоа в Тихом Океане и ряд территорий в Карибском море. Mэхэн обосновал также концепцию государств, служащими рычагами нажима; опорными пунктами геополитического закрепления США в новом пространстве. Такие государства США следовало захватить и превратить их в рычаги нажима для дальнейшего завоевания нового геополитического пространства и проведения политики «открытых дверей». Впервые эта концепция была применена в отношении Филиппин, которые должны служить угольной станцией для морской мощи США и пунктом закрепления в Евразии. Имея этот пункт, США были бы в состоянии оказывать геополитический нажим на окружающие страны , расширяя таким образом геополитическое пространство под своим контролем. Накануне первой мировой войны Мэхэн стал еще откровеннее проповедовать империалистическую экспансию и агрессию, во многом определяя взгляды президента Вильсона. Мэхэн с откровенным цинизмом оправдывал насилие в международных отношениях. «Сила сконцентрированного капитала является столь же реальной и материальной, как и сила организованной армии». В ряду концепций, оправдывавших экспансию США, большое внимание Мэхэн уделял доктрине Монро. Вместе с Теодором Рузвельтом он дал новое толкование доктрины, превращая ее в средство оправдания интервенции США не только в Латинской Америке, но и за пределами Американского континента. Восторженный поклонник империализма, Мэхэн проповедовал теорию всемирного арбитра, и качестве которого должно выступать наиболее сильное государство. Мэхэн приписывал США «приоритет вмешательства» в дела стран мира, ссылаясь на «силу»—силу военную и силу «позиции», т.е.географического положения. Известно, что президент Вильсон пытался в ходе первой мировой войны осуществить на практике «право» вмешательства США во все мировые дела—универсализм Вильсона был ничем иным как обманчивым идеологическим прикрытием доктрины Монро, доктрины «Предопределенной Судьбы» вместе с геополитическими концепциями адмирала Мэхэна и историков Фредерика Тэрнера и Брукса Адамса. Валтер ЛаФебр замечает, что к концу прошлого столетия Брукс Адамс,Теодор Рузвельт и сенатор Лодж были «тремя мушкетерами в мире непрекращающeйся войны. Альфред Тайер Мэхэн стал четвертым мушкетерем в 1897 году».(5) Меркантильный империализм был сердцевиной мировозрения адмирала, а создание мировой американской империи—конечной целью его геополитической доктрины. Адмирал Мэхэн был главным политическим советником государственного секретаря Хея и в качестве такого оказал решающее влияние на сформулированную Хеем в 1898 году дипломатическую ноту «открытых дверей», заложившей идеологическое обоснование экспансии доктрины Монро за пределами Западного полушария. «Мэхэн по существу разработал основные установки доктрины «открытых дверей» за несколько лет до провозглашения этой доктрины Госдепартаментом США.»(6) Вместе с Фредериком Тэрнером он способствовал окончательной концептуализации доктрины «открытых дверей» в доктрину американского империалистического экспансионизма за пределами Западного полушария. Для Фредерика Тэрнера доктрина «открытых дверей» являлась продвижением границы США в Азию, и прежде всего в Китай, а также и по другую сторону Атлантического океана. Для адмирала Мэхэна «морская мощь» являлась орудием этого продвижения, основной гарантией того, что двери других стран будут открыты и останутся открытыми. Функцией этой морской силы являлось создание новых рынков, флот был поставлен на службу американскому империализму. Мэхэн считал, что в будущем развернется острая борьба за новые рынки и источники сырья и эта борьба неминуемо потребует применения военной силы для того, чтобы открыть и завоевать новые рынки. Историческая миссия морской мощи Соединенных Штатов—это быть инструментом предопределенного судьбой экспансионизма страны.(7) Короче говоря, флот для Мэхэна играл такую же роль, как НАТО для современных американских геополитиков. Полностью поддерживая геополитический проект Брукса Адамса о завоевании Евразии и создании мировой американской империи, Мэхэн начал разрабатывать геополитические установки американского экспансионизма в Евразии. С геополитической точки зрения политически важным аспектом Евразии для Мэхэна являлось пространство которое простиралось от Китая до Средиземного моря, лежащее между 30-й и 40-й параллелями. Мэхен подчеркивал, что это пространство «оспариваемое и спорное» (Debated and debatable land) в котором сталкивались бы геополитические интересы морских сил-США и Великобритании- и интересы сухопутной континентальной силы-России. Это «оспариваемое и спорное» пространство никому не принадлежит, оно ничье, считал Мэхэн, и грядущий захват Евразии должен начаться с установления американского контроля над этим пространством. (8) Свою доминацию над этим регионом США могли бы установить при помощи создания цепи ключевых баз на суше вдоль периферии Евразии. Геополитическая теории Спайкмена о решающем значении контроля над окраинными прибрежными землями –Римланд- для установления господства над Евразией основываются на этих геополитических установках Мэхэна. Создав цепи ключевых баз вдоль периферии Евразии США могли бы изпользовать эти базы двояко. Во первых эти базы можно было бы использавать для блокады континетальной части Евразии, т.е. для удушения континентальных сил- России, Китая и Германии-, в кольцах «анаконды». Выводя из под контроля континентальных сил береговые окраинные зоны и прикрывая тем самым возможности выхода к морским простраствам Соединенные Штаты смыкали бы кольца «анаконды», удушая континент и континентальные страны блокадой. Во вторых, эти базы служили бы «радиусом агрессии», т.е. трамплином для дальнейшего американского экспансионизма вглубь Евразии. ( В настоящее время Збигнев Бжезинский усовременил мэхэновское понятие «радиуса агрессии» применяя его к своим геополитическим концепциях разрушения России). Мэхэн разработал геополитическую стратегию завоевания Китая, раздел которого он считал неминуемым. Мэхен предложил , на первых порах, создание баланса сил вне пространства Европейской системы. Ключевую роль в этом новом балансе сил должны играть Соединенные Штаты, которые ни в каком случае не могли бы позволить России продвигаться на Дальный Восток, посколько такое продвижение явилось бы угрозой морским силам Запада- США и Великобритании. В контексте разработки своей геополитической стратегии Мэхен выступил с предложением переместить столицу Китая на реке Янтце. Имея ключевые базы на окраине Евразии, США могли бы успешно использовать реку Янтце в качестве «радиуса агрессии», в результате чего Китай бы полностью перешел под контроль Западных морских сил и в первую очередь США. Подобно другим экспансионистам конца прошлого столетия Мэхэн полностью разделял установки социал-дарвинизма. Социал-дарвинисткая «борьба за жизнь» рас является неизменяемым биологическим фундаментом международных отношений. США для Мэхэна — биологический, расовый организм судьба которого расти и крепнуть посредстом экспансии. Мэхэн не сомневался, что англо-саксонская раса, вооружившись «моской мощью», одержит историческую победу в войне рас. Филип Кроул, профессор Военного института американского флота, подчеркивает влияние доктрины «Предопределенной судьбы» на адмирала Мэхэна. В русле этой доктрины адмирал Мэхэн полагал, что: 1. Война является силой духовного возрождения и обновления 2. Имперский экспансионизм США не что иное, как манифестация воли Бога 3. Инструментом которой является американский флот Кроул цитирует слова Генри Стимсона, военного министра США в 1940-1945 годах, о огромном влиянии идей Мэхэна на министерства флота США во время Второй мировой войны, «в котором царил квази-религизный мир, в котором Нептун был Богом, Мэхэн его пророком, а американский флот единственно правдивой американской церквью».(9) Геополитическая доктрина морской силы Мэхэна «соединила в себе все экспансионистические импульсы конца 19 столетия: протестантский евангелизм, доктрину «Предопределенной судьбы» англо-саксонцев, вера в коммерческое господство США»(10), она превратилась «в евангелиe нового американского империализма».(11) СНОСКИ 1) Mahan , A.T. “The Influence of Sea Power upon History , 1660-1783” (Boston, 1890). Альфред Тайер Мэхэн (27 сентября 1840- 1 декабря 1914) один из крупнейших, наряду с Бруксом Адамсом и Фредериком Джаксоном Тэрнером , родоначальников американской геополитики. В 1886-1889 годах президент военно-морского колледжа США. Его книга «Влияние морской силы на историю» была переведена на русский язык в 1895 году и переиздана в Советском Союзе в 1941 году. Его вторая большая работа «Влияние морской силы на Французкую революцию и Империю. 1793-1812», т. 1 и 2 была издана в России в 1897-98 годах и переиздана в 1940 году. С геополитической точки зрения большой интерес предствавлят его книги “The Interest of America in Seapower. Present and Future (Kennikat Press, New York, 1897) и “The Problems of Asia and Its Effect Upon International Politics” (Little, Brown, Boston, 1900). (2) LaFeber , Walter The New Empire. An Interpretation of American Expansion 1860-1898 (Cornell University Press, Itaca and London, 1963) p. 100 (3) Stephanson, Anders Manifest Destiny. American Expansion and the Empire of Right (Hill and Wang, N.Y. 1995) p. 85 (4) Williams , William Appleman The Shaping of American Diplomacy (Rand McNally Company, Chacago, 1972) p. 364. (5) LaFeber ,Walter The New Empire, ibid. p. 85 (6) LaFeber Walter The New Empire, ibid. p. 92 (7) LaFeber ,Walter The New Empire, ibid p. 88 (8) Sloan G.R. Geopolitics in United States Strategic Policy , 1890-1987 (Wheatsheaf Books, Brighton, 1988) p. 91. См. также Mahan A. T. The Problem of Asia (Samspon , Loe and Marston, London 1900); Поздняков, Э.А «Геополитика» (Издательство Прогресс-Культура, Москва, 1995) стр. 29 и Тихонравов Ю. Б. «Геополитика», ЗАО Бизнес-школа Интер-Синтез, Москва, 1998), стр. 103 (9) Crowl, Philip A “Alfred Thayer Mahan: The Naval Historian” in Paret, Peter (ed) “Makers of Modern Strategy. From Machiavelli to the Nuclear Age” (Princeton University Press, Princeton, 1986) p.p. 488, 444. Слова Стимсона взяты из книги Stipson, Henry L. and Bundy, McGeorge “On Active Duty” (New York, 1948) p. 506. Влияние доктрины «Предопределенной судьбы» рассматривается также и в статье Марчарет Спроут «Мэхэн, евангелист морской силы» см. Sprout, Margaret “Mahan- Evangelist of Sea Power” in Earle, Edward Mead “The Makers of Modern Strategy” (Princeton University Press, Princeton, 1943). Смотри также Livezey, W.E “Mahan on Sea Power” (University of Oklahoma Press, Norman, 1947) (10) Rosenber, E. S. “Spreading the American Dream: American Economic and Cultural Expansion, 1890-1945” ( Hill and Wang, New York, 1982) , p. 50 (11) Weigert, A. K. ”Principles of Political Geography” (Appleton-Century Crofts, New York, 1957) , p. 212, also Smith, Neil and Nijman, Jan “Alfred Thayer Mahan” in O’Loughlin, John “Dictionary of Geopolitics” (Greenwood Press, Wesport, 1994), p. 157

2866: By Sotnik on Четверг, Декабрь 14, 2000 - 00:47:

Кстати, Мэхена ограниченным тиражом издали в Санкт-Петербурге в 1895 г., а в 1940-1941 гг. обе книги (Влияние морской силы на историю) были переизданы. Кому удобнее читать по-русски - пожалуйста!